Вред сауны и польза руской бани

[Рус]

phpBB [media]

https://www.youtube.com/watch?v=QtpR6eCKyLE

[Bindu]

Историки о банях на Руси



История русской бани уходит в седую древность.

Геродот, странствуя по белу свету, побывал и на территории нашей страны — в Северном Причерноморье и в устье Днепро-Бугского лимана. Историк рассказывал о банях, которыми пользовались эти сильные, могучие люди. Устанавливали три жерди, верхними концами наклоненные друг к другу, и обтягивали их затем войлоком. Потом бросали в чан, поставленный посреди этой хижины, раскаленные докрасна камни. Взяв конопляные соцветия, залезали в эту войлочную баню и бросали его на раскаленные камни. От этого, замечает историк, поднимался такой сильный пар, что никакая эллинская баня не сравняется с той, какую он видел в степи.

Активно банились и скифы, которые после погребения покойника очищали себя парной баней. Скифские женщины растирали на шероховатом камне, подливая воды, куски кипариса, кедра и ладана. Этим жидким тестом с приятным запахом обмазывали все тело, а когда на следующий день смывали этот слой, оно становилось чистым и блестело.

Баня упоминалась и в восточнославянских мифах: ее почитали даже боги, и с баней связывалось происхождение человека. Византийский историк Прокопий Кесарийский (около 500-565 гг.) пишет, что баня сопровождала древних славян всю жизнь: здесь их омывали в день рождения, перед свадьбой и после смерти.

О русской бане упоминается в летописях X-XIII веков. Ее называли мовь, мовня, мовница, мыльня, влазня или просто баня. В Древней Руси побежденные племена даже платили дань... березовыми вениками.

Много любопытного узнаем у Нестора (XI — начало XII в.), этого, можно сказать, первого русского писателя, в его «Повести временных лет», в которой есть строки и о бане.
В Великом Новгороде легендарный апостол Андрей, путешествуя по разным странам, увидел деревянные бани, где люди, обнажившись, били себя вениками и под конец окатывали себя холодной водой. «...И возмут на се прутье младое и бьют ся сами... И обдаются водой студеною... И то творят мовенье собе, а не мученье».
Речь идет о V-VI веках (по традиционной хронологии).
Для апостола было странно видеть, что все так часто моются. И то, что вместо того, чтобы слушать его проповеди, все пошли в баню и его самого "послали" в баню. Как в сказке про бабу Ягу - ты вначале в баньке попарь, накорми, напои, а после и спрашивай.. .

А вот своеобразный отклик уральского поэта Алексея Домнина на эти «банные» строки первой русской летописи:

... До надменного Рима добрел он водою и посуху,
Был у персов и скифов и в гиблых варяжских местах.
Но особо скорбел, опираясь на старческий посох,
В новгородской земле седовласый воитель Христа:
«Видел бани древены... И как их нажарят румяно,
От одежд сволокутся и, взяв молодое прутье,
Так исхлещут себя, что выходят почти бездыханны,
И остудят водой истомленное тело свое.
И опять оживут, не мовенье творят, а страданье
Для себя эти люди, забытые богом в глуши...»
Так поведал апостол, с него начинались преданья
О загадочных свойствах веселой славянской души.
А в душе той и вправду ни ржавчины нет, ни смятенья,
Как румяная баня, она горяча и добра.
Так издревле ведется: большую работу затеяв,
С чистым телом и помыслом вступают в нее мастера.
Век иной на земле и другие заботы и ритмы.
Сыновья покоряют неведомый звездный простор,
Но я в русскую баню вхожу, как входили в молитву,
И с березовым веником жаркий веду разговор!


Упоминает Нестор и о походе Олега в Константинополь. В договоре с Византией говорится о праве русичей пользоваться местными банями: «И да творят мовь елико хотят».

Русь подхватила византийские, а следовательно, и античные традиции, особенно Древней Эллады. До русских людей доходили медицинские воззрения Гиппократа и Галена. Печерские монахи, прослышав о пользе бани, стали устраивать их для лечебных целей, но на русский самобытный манер. В уставе великого князя Владимира (966 г.) бани именовались заведениями для немогущих.

В 1091 г. переяславский епископ Ефрем, ставший впоследствии Киевским митрополитом, заводил бани, своеобразные лечебницы — быть может первые на Руси. Врач-монах Киево-Печерского монастыря Агапит исцелял больных травами и парной баней.

Внучка киевского князя Владимира Мономаха Евпраксия (первая половина XII в.) еще в детские годы увлеклась народной медициной. Готовила из целебных трав снадобья и пользовала больных — и знатных людей и простых крестьян, за что и прозвали ее Добродеей. Случилось так, что по обычаям того времени 15-летняя княжна была просватана за византийского царевича Алексея Комнина. Так Евпраксия оказалась в Царьграде, где ее нарекли новым именем — Зоя.
Царевна с еще большим рвением занялась врачеванием. Прониклась воззрениями Гиппократа и Галена. Зоя-Евпраксия оставила после себя медицинские рецепты, многие из которых были почерпнуты из народной медицины Руси.

В своем «Описании Московии» немецкий ученый Адам Олеарий (1603-1671 гг.) сообщает, что в России нет ни одного города, ни одной деревни, в которых бы не было парных бань, общественных или частных:

Русские могут выносить чрезвычайный жар. Ложась на банных полках, велят себя бить и тереть свое тело разгоряченными березовыми вениками, чего я никак не мог выносить


Далее Олеарий пишет, что от такого жару русские делаются красные и обливаются холодной водой. Зимой же, выскочив из бани, валяются на снегу, трут им тело, будто мылом, и потом снова входят в жаркую баню: «Такая перемена противоположных деятелей благоприятствует их здоровью».

Зимой 1237 года внук Чингисхана Бату (Батый) — впоследствии предводитель Золотой Орды — добрался со своей конницей до Москвы. Его внимание привлекли бревенчатые срубы у реки, из которых валил густой пар. Люди стремглав выскакивали оттуда, бросались к ледяной проруби и окунались. Вот что пишет об этом историк Василий Ян:

Бату-хан метнул плетью на срубы: «Что делают эти безумцы?». «Эти домики называют «мыльни», — объяснил толмач. Там жители Мушкафы (так монголы называли Москву) бьют себя березовыми вениками, моются горячей водой и квасом, затем окунаются в проруби. Это очень полезно. Оттого урусуты (русские) такие сильные».


Как писал Карамзин, Дмитрий самозванец никогда не ходил в баню, поэтому жители Москвы считали его «не русским».


В отличие от Европы, где чума и холера уносила сотни тысяч жизней во времена эпидемий. На Руси никогда таких эпидемий не было. Гигиена в крови у русских.

[Bindu]

Теперь я хочу немного рассказать про мовь. Мовь это не просто мытьё тела, а это понятие более глубокое. Оно сровни тому, что сегодня в некоторых нео псикультурах называют ТРИП или путешествие по внутренним мирам. Причем, человек может испытывать некоторые страдания и тем самым, очищается духовно, вспоминая свои пригрешения и недостатки. А было ли у русских подобное слово и понятие? Оказывается было и это слово - МОВЬ.
Об этом подробно излагает мой старый знакомый в своей диссертации.
Вот его статья -
http://odrl.pushkinskijdom.ru/LinkClick ... tabid=2302

[Bindu]

НЕКОТОРЫЕ ВЫДЕРЖКИ ИЗ ВСЕГО ТЕКСТА. ТЕКСТ НЕ ОТФОРМАТИРОВАН. ОН В ПДФ, ПОЭТОМУ ПЕРЕНЕСТИ СЮДА БЕЗ ИСКАЖЕНИЙ ПОКА НЕТ ВОЗМОЖНОСТИ. ПОЭТОМУ ДАЮ ССЫЛКУ НА ТЕКСТ, А СЕЙЧАС - ОТДЕЛЬНЫЕ ОТТУДА ФРАЗЫ..
А. Г. БОБРОВ
Древнерусская «мовь»
В древнерусских письменных источниках несколько раз встречается существительное «мовь» («мовъ», «мывь», «мъвь»), восходящее к праславянскому лек­сическому фонду, производ­ное от *myti (se)».

Впрочем, этой лексемы нет в памятниках старославянского языка, а употребление однокоренного с ней слова «мовьница» В М. Истрин
рассматривал как один из признаков древнерусского происхождения перевода Хроники Георгия Амартола.
Ни в современном русском литературном языке,ни в народных говорах слово «мовь» не зафиксировано. Оно встречается только в древнерусских рукописях, главным образом не позже XV в., исторические сло­вари переводят его либо как «баня», либо как «мытье в бане», но это, между прочим, совершенно разные значения. Некоторые аспекты как словоупотребле­ния, так и самой семантики слова «мовь» («мъвь») должны быть дополнительно прояснены. Рассмотрим случаи употребления этого слова в древнерусской книжности, и в первую очередь в летописях, более пристально, чем это делалось до сих пор.
«Мовь» в летописной статье 907 г. В рассказе «Повести временных лет» о победоносном походе на Царьград князя Олега в 6415/907 г. упоминается, среди прочих условий договора русских с греками, следующее: «Да приходячи Русь слюбное емлют, елико хотячи, а иже
приходячи гости, егда емлют мѣсячину на 6 мѣсяць, хлѣбъ, вино, и мясо, и рыбы, и овощем.
И да творят им мовь, елико хотят»
(перевод Д. С. Лихачева: «Когда Этимологический словарь славянских языков Праславянский лексический фонд / Под ред О Н Трубачева М , 1994 Вып 20
См Старославянский словарь (по рукописям X—XI веков) / Под ред Р М Цейтлин, Р Ве­черки и Э Благовой М,1994
Истрин В М Хроника Георгия Амартола в древнем славяно-русском переводе//Slavia 1923

См Срезневский Материалы СПб , 1902 Т 2 Л—П Стб 160 («мовь — баня, мытье в бане»), Словарь древнерусского языка (XI—XIVвв) М , 1991 Т 4 (изживати—моление) С 554 («мовь — мытье»), Словарь русского языка XI—XVII
вв М , 1982 Вып 9 (М) С 229 («мовь, ж и мовъ (мъвъ), м Баня, мытье в бане»), Этимологический словарь славянских языков Вып 20 С 89—90
др -русск мовь — «баня, мытье в бане»)
ПСРЛ Л , 1926 Т 1 Лаврентьевская летопись Вып 1 Повесть временных лет Стб 31 (так как в Лаврентьевской летописи текст с середины статьи 6406/898 г до статьи 6430/922 г утрачен, он приводится в данном издании по Радзивиловской летописи, с которой совпадает и Московско-Ака­демическая летопись, см ПСРЛ Л , 1989 Т 38 Радзивиловская летопись С 20) Тот же текст и в ©А Г Бобров, 2004
ДРЕВНЕРУССКАЯ «МОВЬ»
приходят русские, пусть берут содержание для послов, сколько хотят; а если придут купцы, пусть берут месячное на 6 месяцев: хлеб, вино, мясо, рыбу и пло­ды.
И пусть устраивают им баню — сколько захотят»
Еще Н. М. Карамзин пояснил этот текст «Повести временных лет» следующим образом: в договоре говорится, что русским купцам в Константинополе «император обязан на шесть месяцев давать хлеба, вина, мяса, рыбы и плодов;
они имеют также свободный вход в народные бани (курсив мой. — А. Б.)».

......
Для нас это дополнение представляет особое значение: из него следует, что «мовь» — это не сама баня (строение), а «мытье в бане».
В несохранившейся Троицкой летописи начала XV в. (далее — Тр.), по сви­детельству Н. М. Карамзина, читался близкий протографичному, но чуть изме­ненный текст: «да творять имъ мовпицы елико хотять».
Смысл известия, одна­ко, стал принципиально другим:
если «мовь» можно понимать, в соответствии с приведенным выше чтением ЛПС, как «мытье в бане», то «мовница», несомнен­но, — это сама баня.
Именно так интерпретировалась разница между «мовью» и «мовницей» в работе, посвященной анализу лексики «Повести времен­
ных лет»:
«Мовница, как видно, означает „помещение", а не процесс мытья, по­этому замена мовь на мовницю могла произойти из-за непонимания точного зна­чения первого слова».
....
. В древнерусских банях мужчины и женщины мылись совместно, что неоднократно вызывало нарекания церковных властей. Еще в Рязан­ской Кормчей 1284 г. говорилось: «Всякъ христианинъ съ женами въ мовници да не мыется» (РНБ, F.n.I.l,л. 159 об.).
Почти три века спустя в 41-й главе «Стоглава» (1551 г.) находятся вопрос царя Ивана Грозного и ответ церковного Собора о банях:
«Вопрос 18. Да во Псковѣ градѣ мыются въ банѣхъ мужи и жены, и чернецы и черницы, въ одномъ мѣстѣ безъ зазору, достоитъ о томъ запретити, чтобы престали отъ того безчиния; а по правиломъ Святыхъ Отецъ не подобаетъ мытися мужемъ съ женами въ банѣ въ одномъ
мѣстѣ. И о томъ отвѣтъ. По священнымъ правиломъ не подобаетъ въ банѣхъ мужемъ съ женами въ одномъ мѣсТѣ мытися, такожъ и инокомъ и инокинямъ вмѣстѣ мытися возбраняти; аще ли внидутъ, да подъ запрещениемъ будутъ священныхъ правилъ».

Как справедливо отметил М. Г. Рабинович, и этот запрет «действовал до­вольно слабо, потому что почти на двести лет позже потребовался еще специ­альный указ сената, запрещавший мужчинам и женщинам париться вместе, и только тогда городские власти стали назначать разные дни для пользования банями мужчин и женщин»

4.
Переходные обряды в бане
......

Наконец, «баня для мертвых». В северо-восточной Белоруссии «считалось Обязательным всей семьей до ужина помыться в бане, а затем оставить там ведро воды и веник для дедов».
Если кто-то из домочадцев слишком долго мылся, его торопили словами: «Пуститя ужо покойников».

«Баню для мертвых», со­гласно многочисленным этнографическим данным, устраивали также на Стра­стной неделе — в Великий четверг («Чистый четверг») и в субботу, в Радуни­цу — понедельник или вторник Фоминой недели, накануне Троицы и девято­го, двадцатого, сорокового дня после смерти хозяина, а также в сам день похо­рон.
Еще в конце XIX в. для покойных предков и сородичей топили баню, готовили веник и воду, чтобы они попарились и помылись, также и у карел,.....


Сопоставление текстов поучений против языческих пережитков с летописными известиями о «мови» приводит нас к определенному выводу о существовании в древнерусском языке устойчивого словосочетания «творити (сътворити) мовь».
.....

перед описанием «мови» упоминается, очевидно, другой обряд: «Сметье у воротъ жгут в Великой четвергъ, молвяще тако: „У того огня душа приходяще огрѣваются..."».
...

Севернорусская локализация «банной» традиции
Следует отметить преимущественно севернорусский характер летописных известий о языческом обряде «мовь».
..
Некоторые характерные черты «мови»
Что же представлял собой языческий обряд, совершавшийся в бане и на­зываемый «мовь»?
...

ритуальный характер скифской «парной бани»
и ее связь с поминальной обрядностью подтверждаются тем обстоятельством, что совершается она, соглас­но Геродоту, для «очищения» после похорон, через сорок дней после смерти. Как отметил в своем комментарии Г. А. Стратановский, «изображенный здесь обычай являлся частью культового обряда. Сжигаемые в юрте стебли конопли производили дым, вызывавший опьянение. Находившиеся в юрте люди (и среди них шаманы) приходили в экстаз. „Вопли от удовольствия" — это, вероятно, песни шаманов, содержанием которых было нисхождение душ в подземное цар­ство».

Другое классическое описание обрядовой бани-парильни известно этнографам со слов индейского (дакотского) вождя и шамана по имени Черный Лось (1863—1950).
Согласно этому описанию обряда инипи, каркас бани-парильни строится из ивовых прутьев, которые обтягиваются бизоньими шкурами; далее
«в центре делается небольшое углубление, куда кладутся камни, нагретые в костре <...> Когда предводитель обряда спрыскивает их водой — поднимается пар, и вскоре воздух в палатке сильно разогревается, наполняясь ароматом пахучей полыни, устилающей пол».
Отметим, что и само спрыскивание камней делается «стеблем полыни, ароматной травы, чтобы пар благоухал», а во время обряда однократно выкуривается священная трубка и сжигается «ароматная трава».
...

[Bindu]

phpBB [media]

https://youtu.be/O7Dp3sCxUfU